41 книг
Война забрала миллионы жизней не только солдат, но и мирных жителей. В оккупированных немцами городах и деревнях происходили поистине страшные события. Жестокость фашистов никогда не смогут понять, а ужасы войны не забудутся.
Альтернативная история. Российский летчик Ричард Мещерский переносится в прошлое, в альтернативный мир, где Германия ведет войну с царской Россией, и чтобы победить ее, немцы используют сверхсекретное оружие. Но главное, что сознание российского летчика...
Серый и Митька знакомятся с рабочим, который оказался немцем по национальности. Ребята несмотря на презрение к недавнему врагу - берутся помочь ему найти свою сестру, связь с которой прервалась еще до войны. Смогут ли они справиться с этой нелегкой задачей…...
Серый и Митька находят Малого, который устроил засаду на бандитов, похитившие секретный армейский груз. Малой рассказывает ребятам историю, как он попал к немцам и что его готовили совершать диверсии.Дети становятся свидетелями опасного инцидента, но не...
Что будет, если попавший на кануне Великой Отечественной Войны в новобранца попаданец окажется немцем. Пусть это будет российский немец, но родившийся и выросший в Германии 21 века, как он себя поведёт, чью сторону конфликта он выберет.
Решила отомстить бывшему и переспала с безумно красивым немцем, которого встретила в клубе. Это событие должно было стать самым безумным приключением за всю мою жизнь, только вот судьба распорядилась иначе… Этот немец оказался совсем не немцем, и даже не...
Рассказ о любви и архитектуре, и о поиске предназначения. Опубликован в сборнике "О любви. Истории и рассказы" (АСТ, 2016). Послевоенные годы. Урал. Силами пленных немцев строится большой промышленный город. Именно сюда приезжает Полина - её отец возглавляет...
Зима 1943. Группа британских диверсантов, склонных к безумным авантюрам без страха и упрека, пересекает ледяные воды к берегам оккупированной Норвегии. Их цель - уничтожить ключ к ядерному оружию немцев. Среди них оказывается Эдит, получившая обучение в, так...
«Игры Nemesis». Историческая повесть.(1924,1936,1939, 1942, 1945, 1946, 1969, 1972, 1976, 2000, 2001, 2008). Мистическая история, Холокост, немецко-фашистская оккупация и национально-освободительная борьба против немцев и коммунистической власти. В основе...
У молодой офицерской семьи смертельно заболевает ребёнок. Не смотря на эту беду, находясь в служебной командировке в Германской Демократической Республике, лейтенанту изменяет жена. Офицер безумно любит свою супругу и хочет покончить жизнь самоубийством, но...
1995 год. Двое англичан - профессор археологии и антиквар - приезжают в Россию, чтобы отыскать сокровища, оставленные немцами во время войны. Им помогают трое подростков.
Легенды и мифы Красной Армии ч.2 Вступление ч.1 Две исторических версии одного и того же события ч.2 КТО, КОГДА И КАК БРАЛ город КАТОВИЦЕ? ч.3 245 сд и ее полки в боях за г. Катовице ч.4 НЕМЦЫ ч.5 Кто и как оборонял г. Катовице ч.6 Битва за Бреслау
- Зинка, может, на язык злая, зато внутри добрая. - Только никто от неё доброты-то не видел, мама, - тоскливо возражала сноха. - В тетку Клаву удалась, - настаивала старушка, - та трех немцев вовремя оккупации вилами заколола и к партизанам подалась. В...
Черный внедорожник, сверкнув на осеннем солнце полировкой, подрезал ее «немца», и Надя едва вписалась в поворот. — Смотри, куда едешь! У меня дети на заднем сиденье! — открыв окошко, зло выкрикнула она. Взгляд полыхнул яростью по водителю и его пассажиру с...
1942 год. Линия фронта ушла далеко на восток. Маленький посёлок Карнов остался нетронут немцами. Однако мирной жизни в окружении приходит конец. Четыре товарища Эрик, Гюнтер, Вернер и Ульрих наслаждаются беспроблемной службой, в то время как местная...
Что было бы если бы немцы смогли был отразить наступление советских войск под Сталинградом
- Последний раз по-хорошему прошу. Отдай. Мою. Курсовую, - рычу, наклоняясь к её лицу. - Нет! Деньги вперёд. Сама напросилась. Наклоняюсь резко и чмокаю Улю в щеку. А, нет… Промазал. Не в щку получилось. Точно в губы. По центру. Но она сама виновата. Дрнулась...
Рассказ из цикла "Улица Пирамидальных тополей" о семье российских немцев Гартунгов.
Бушует Великая Отечественная Война. Немцы наступают в Средней Азии и пытаются взять Москву. Советские девчонки очень успешно сражаются. И оказывают вместе с героическими юношами упорное сопротивление фашистам.
Отдавал ли Сталин стоп-приказы, связанные с варшавским восстанием? Оставлял ли Сталин варшавских повстанцев на съедение немцам? Чтобы дать исчерпывающий ответ на эти вопросы, нет необходимости получать допуски в архивы и снаряжать экспедиции по поиску...
Закончилась Первая мировая война, немцы проиграли. Юная и беззаботная Люсиль Фужер, грезящая о карьере танцовщицы, превратилась во влюбленную проститутку - что может быть хуже? Её жизнь превратилась в бесконечное стремление не проспорить Пари, ещё несколько...
Она — жена богатого немца. Я — просто парень, которому доверили «особую миссию». Условия сделки просты: зачать ребенка и не задавать лишних вопросов. Но кто бы мог подумать, что всё пойдет не по плану с первой же минуты? Розовый топик, короткая юбка и бешеный...
18+ С подачи родителей мое лето выглядит так: Кипр, я, сестра-восьмилетка и, как спасение, быстрый интернет. Я справедливо рассчитывала на тихие кипрские вечера в компании женщин, детей и пенсионеров, но у судьбы возникли другие планы и имя им - Фёдор Немцев....
Это мой первый роман. Сюжет лишь слегка напоминает историю, произошедшую в нашем городе. История о взаимной любви доктора и его пациентки. Здесь описывается также жизнь русских немцев, эмиграция, развод, трагедия.
После отвраления фюрера, верховным главнокомандующими становися Роммель. У немцев появляют новые образцы техники, и у Красной армии возникают проблемы. И вторая мировая война надолго затягивается.
Сорок первый, немцы рвутся в Москву. Оставлять без присмотра Священную Реликвию нельзя. Гроб увозят на Урал. По дороге вагон воруют сбежавшие из лагеря заключённые. Начальник караула в отчаянии – скоро должен прибыть с проверкой товарищ Берия! Что делать?...
Некогда на Волге жили немцы, которые, как я думаю, сыграли положительную роль в истории России. Книга состоит из рассказов моих родных о жизни этого народа до и после депортации. Центральное место занимает повесть «Трудармия». Действие повести происходит с...
Берлин, апрель 1945 года. Немцы ожесточённо сражаются за "погребальный костёр" Третьего Рейха. Советским солдатам дан приказ - уничтожить колонну немецких танков…
Молодая учительница из нашего времени попадает в оккупированный немцами польский город Познань, за месяц до нападения Германии на СССР. Здесь Ася знакомится с нервным парнем, который жутко ненавидит русских. А ведь Отто не псих, просто он тоже знает, чем...
Реальные приключения русской девушки во время Второй мировой войны. Звездные войны - отдыхают. На самом деле все происходит прозаичней и значительно страшней. Война, оккупация, немцы тоже всякие бывают. Германия. Бомбардировка Дрездена. Восстание в Праге. Это...
Война идет не по правилам. Япония победила США и открыла второй фронт на Дальнем Востоке. Немцы наступают на Ближний восток и Африку, но увязают под Сталинградом. А воители и воительницы отважно сражаются с фашизмом, совершая массу подвигов.
Спасение Анны немцем Максом оборачивается для него ненавистью девушки из-за его происхождения. Вынужденный брак по расчёту, призванный спасти её брата, неожиданно дарит им любовь. Но разлука и появление обаятельного английского посла бросают вызов их хрупкому...
В сердце Великой Германской Империи царило предпраздничное настроение. Улицы Берлина были украшены флагами и алыми стягами с изображением черного креста. На набережной Шпрее танцевали молодые немки и немцы.
Последним владельцем шара был колдун Ганс, потомок поволжских немцев. Но сам он владел шаром недолго, он его нашел, похоже, на чердаке одного из домов. И как законопослушный колдун, он зарегистрировал находку с описанием, вдруг отыщется хозяин. Но хозяина не...
Книги про немцев — это не отдельный жанр с едиными правилами, а широкая читательская категория: в центре внимания оказываются немецкие персонажи, судьбы, культурный контекст и типичные для Германии исторические или социальные сюжеты. Такие романы, повести и сборники могут быть написаны в разных манерах — от психологической прозы и семейных драм до исторических повествований и социального реализма. Объединяет их одно: наблюдение за тем, как характер человека проявляется в системе ценностей, привычек и обстоятельств, а также как личная свобода сталкивается с нормами, традициями и требованиями среды.
Среди тем встречаются жизнь в большом городе и в провинции, учеба и профессиональная самореализация, трудовые конфликты и корпоративная культура, поиски себя в новой стране или новом социальном круге. Часто в сюжет включают историю семьи: наследуемые роли, молчаливые договорённости, разница поколений, вопросы вины и ответственности. Для многих книг важны отношения «человек и система» — бюрократия, правила, ожидания, формальные процедуры, которые превращают простой выбор в долгий путь. В исторических сюжетах нередко звучит память о войне и её последствиях, тема примирения и восстановления, влияние эпохи на судьбы отдельных людей. В более современных книгах на первый план выходят миграция, городская идентичность, жизнь с немецкой мерой порядка и рациональностью, а также бытовые проблемы, которые становятся испытанием для близких.
Популярные сюжетные мотивы строятся вокруг столкновения мировоззрений: партнёры, коллеги или соседи по-разному понимают справедливость, ответственность и «правильный» способ жить. Часто встречается мотив расследования — не обязательно криминального: герой ищет истину в документах, письмах, семейных воспоминаниях, в том числе в том, что было скрыто. Ещё один частый приём — дуэль характеров, когда внешняя вежливость и корректность скрывают внутреннее напряжение. Нередко сюжет разворачивается вокруг выбора между карьерой и близостью, между удобной ролью и собственной позицией, между общественным мнением и личной правдой. Есть и мотив «переезда», где человек переносит привычки на новую реальность, сталкивается с культурными кодами и учится договариваться.
Характерные черты таких историй — внимательность к деталям повседневности и к тому, как люди формулируют решения. Немецкий контекст часто подчеркивает рациональность, дисциплину, требовательность к качеству и пунктуальность, но это подается не как лозунг, а как источник драм: правила помогают, пока не превращаются в клетку. Тон может быть спокойным, сдержанным, иногда даже «холодным», но чувства не исчезают — они проступают в паузах, в поступках, в разнице между тем, что сказано, и тем, что действительно пережито.
Типичные герои нередко такие: ответственный специалист, который боится ошибиться; учёная или преподаватель, чья честность вредит отношениям; человек, уставший держать лицо и потому взрывающийся в неподходящий момент; подросток или студент, пытающийся выйти из заданной траектории; пожилой персонаж, бережно хранящий семейные истории и постепенно раскрывающий их цену. Часто рядом с «рациональным» героем появляется фигура, которая задаёт другой ритм — мягкая, но непреклонная, или наоборот, деятельная и резкая. Конфликты чаще всего разворачиваются вокруг границ: границы между работой и личной жизнью, между долгом и желанием, между коллективной нормой и индивидуальным правом на ошибку. В основе многих драм — недоговорённость: люди действуют правильно, но понимают друг друга не полностью.
Эти книги понравятся тем, кто любит психологически точные сюжеты, где важны мотивы, интонации и последствия выбора. Они подойдут читателям, которым интересно узнать о Германии не через стереотипы, а через живые ситуации: отношения в семье, моральные дилеммы, профессиональную жизнь, повседневные правила и их влияние на судьбы. Также такая литература хорошо зайдёт тем, кто ценит сдержанный стиль и реализм, когда напряжение растёт без громких жестов и в конечном итоге касается личного.
Книги про немцев — это богатая категория историй о характере и ответственности в конкретной культурной среде. Они помогают лучше понять, как порядок и нормы могут поддерживать, а могут мешать; как прошлое влияет на настоящее; как люди договариваются или ломаются в момент, когда становится ясно, что «правильно» и «по‑настоящему» — не всегда одно и то же.
